Семья сбежала в другой регион, чтобы государство не отняло детей из-за нищеты

Спасаясь от органов опеки, многодетная семья Лапшиных тайно переехала из родной Вологодской области в глухой поселок Карелии. Родители наивно надеялись, что тут их не найдут. Нашли, вручили решение суда об ограничении родительских прав. Пытались изъять детей. Отбивали и до сих пор отбивают семью всем поселком.

За бедность Геннадия и Елену Лапшиных почти уже лишили их шестерых детей. «Проживание несовершеннолетних не соответствует требованиям к их воспитанию... Имеется минимальный запас продуктов... Семья полная, многодетная, социально неустойчивая». Это реальные цитаты из отчетов органов опеки о Лапшиных.

- Наш дом, который был куплен на материнский капитал, признали опасным для жизни детей, - объясняет журналисту Геннадий Лапшин. - Но когда мы его покупали, то по всем правилам получали справку о его состоянии (маткапитал не отдается напрямую в руки, Пенсионный фонд проверяет все документы и перечисляет деньги непосредственно продавцу. - Ред.), и его признали удовлетворительным. А потом те же чиновники написали, что он непригодный! Основные требования были из-за проводки. С помощью сельсовета мы поменяли проводку, сделали косметический ремонт, починили печь. Но этой опеке было уже все равно. Они ходили по деревне и копали на нас компромат. Искали у меня в сарае бензопилы ворованные. Я официально безработный, хотя трудился на частника в райцентре, строил дом, баню. Жена с детьми дома.

И детей у Лапшиных точно бы изъяли. Но как только родители поняли, что дело пахнет керосином (в школе учителя заговорили, что началась подготовка документов на ограничение в правах), собрали детей в охапку, какие успели вещи, скотину - кур, гусей, козу, и отправились в далекую Карелию.

Поселок Кепа - настоящая глухомань. От Петрозаводска 12 часов на маршрутке. Здесь у Лены Лапшиной живет дядя. Вот к нему беглецы и прибыли со всеми детьми, курами и козой. Ехали несколько дней. В крошечном поселке на 500 человек (это если по прописке, а в реальности - и того меньше) новеньких приметили сразу.

- Приехала семья. Видно, что хорошая, но бедная. Изначально мы и не знали, что они сюда навсегда. Думали, погостить, присмотреться. Все им стали помогать. Кто одежду, кто мебель носил. Еду, чтобы на первое время, - рассказывает директор Кепской школы Мария Анатольевна Вдовина. - А потом узнали, что они вроде как навсегда. Лапшин написал заявление на жилье, чтобы прописаться, закрепиться. Мы с учителями тоже ходили в администрацию, просили за них. В опеке нам сразу сказали, что «дети не наши, их все равно будут изымать». Как так изымать?! За что? Видно же, люди хорошие, ребятишек любят. Работящие.

Весь район подключился к помощи. Одели и обули Лапшиных на зиму. Даже орудие труда выделили отцу - бензопилу. Кто-то кинул клич по интернету, подключился правозащитник из Москвы Александр Гезалов, уполномоченный по правам детей Карелии Геннадий Сараев.

- В школу мы детей приняли, - продолжает директор. - Хотя ни личных дел, ничего не было и нет до сих пор. Я сама звонила в Вологду, тому директору, просила поскорее бумаги отправить. Уже и приставы приходили, спрашивали, как так я их взяла. А я не имела права отказать по закону. Прописка есть, заявления родителей - тоже. Так четверо из 6 детей пришли на занятия 1 сентября. Девочка в седьмом классе, еще мальчик в пятом, первоклашка и второклашка. Ребята хорошие. Все прилежные, учатся на четыре и пять. Одеты чистенько.

Но вологодские коллеги Вдовиной в своих характеристиках писали абсолютно противоположное: «Со стороны родителей заинтересованности в обучении детей не было. После выходных (в Вологодской области ребята учились в интернате, других школ поблизости не было. - Авт.) приходили в школу неопрятными, в грязной одежде, с запахом дыма (обратите внимание, не сигарет! - Авт.)»

- Вы видите основания отобрать детей?

- Я? Нет. Не представляю, как можно малыша грудного вообще у мамы отнять (младшему ребенку меньше года. - Авт.)? Мы жилье им выделили, старый деревянный домишко. Но Геннадий с руками, сам вставил окна, сделал загон для животных. Подрабатывает где может. Сейчас мы его взяли истопником в школу на 0,3 ставки.

Но вместе с пропиской пришли в Кепу и решения вологодских судов. Там все уже решили: «Ограничить родителей в правах, а детей изъять и передать в социальное учреждение».

- Геннадий когда узнал, прямо запаниковал, говорил, что готов бежать дальше, хоть в монастыре прятаться, - продолжает директор. - Но я так и сказала: оставайтесь, решайте вопросы. Тут вы без поддержки не окажетесь.

- Наш населенный пункт считается неблагоустроенным, - объясняет мне Вдовина. - Все топят свои печи, туалет на улице...